Insane Distortion of Mind

Шон Крэхан больше всего известен как перкуссионист группы SlipKnoT, вытворяющий также всевозможные безумия на сцене. Но это далеко не единственная деятельность этого человека. Помимо этого у него имеется сайд-проект To My Surprise, и Dirty Little Rabbits, где он заседает за ударными. Но сегодня поговорим не о музыкальном творчестве Шона, а о его фотографиях, точнее о его видении окружающего мира и людей.
В честь двадцатилетия Headbanger’s Ball в блоге последнего появилась новая рубрика под названием The Eye of a Clown, где Шон начал публиковать свои фотографии с короткими пояснениями к ним. Недавно на том самом блоге я попыталась найти эти заметки, но страниц по моему поиску почему-то не оказалось. Далеко не все фотографии мне удалось собрать, но то, что есть, я выложу тут, разумеется, с пояснениями от автора. Снимки сделаны с помощью камер нового поколения, поларойда, пропущены через сканер и обработаны в фотошопе. Шон постарался пропитать каждый снимок своими разочарованиями, страхами, прелестями снов, секса и смерти. Последовательность фотографий не соблюдена, но это и не имеет значения, т.к. это не сплошная серия.

1. Когда я в разъездах, я обязательно беру с собой поларойд или цифровой фотоаппарат, а люди помогают находить мне интересные идеи для фото. Этот снимок я сделал на цифровую камеру. Было это в Германии, после саундчека и перед выступлением примерно в 6 вечера. Мне хотелось успеть до захода солнца для того, чтобы получится красивый снимок. Это холм, вымощенный кирпичом и ступеньками, а в центре находится эта огромная “вагина” для детей, чтобы те то забирались, то съезжали с нее, словно взрослые в Америке, которые исполняют хеви-метал посреди улицы. Как-то так.
В моей жизни был период, когда я занимался экзотической фотографией и фотографировал обнаженку. Мне нравится это, т.к. интимная близость мужчины и женщины, рождение ребенка - это прекрасно. Я склонен верить в то, что это лучшее, что происходит в этом мире.
Я съехал по этой горке несколько раз до и несколько после снятия снимка, как будто передал ей свою энергию.

2. Сатон - мой первый техник времени релиза одноименного альбома SlipKnoT в 98-м году. Он дорог мне как друг и очень близок моей семье. С его подачи я экспериментировал над музыкой и фотографией, из-за чего мы сделали сильную концептуальную фотографию. В то время нам с Джои Джордисоном пришла идея с целлофаном, надетым на Сатона, именно эта картина находится на обратной стороне первого диска SlipKnoT.
Сатон по своей натуре достаточно серьезный человек. Сфотографировав его, я провел некий эксперимент. За неделю до рождения этого фото он сделал на лице татуировку. Я отговаривал его от этого в течение месяца, приводя разные причины, почему этого делать не стоит. Но он сделал вывод, что все эти причины не настолько серьезны, чтобы отказаться от своей затеи. И он набил татуировку, а я поддержал его, т.к. считаю, что она все-таки крутая. Кстати, я сам заплатил за нее.
Что же касается фото, я сказал Сатону: “Будь самим собой” - в этом и был эксперимент. В момент, когда я делаю портрет человека, я пытаюсь изобразить его личность. Для этого я составляю сценарий для человека, и этот сценарий позволяет ему показать себя таким, какой он есть. Я хватаюсь за его внутренний мир и вытаскиваю наружу, и мне это нравится.
Много манипуляций провел я над этим снимком. Волосы, царапины, удлинение в нижней части фото - все, что перенесло мою “порчу” - это лучшая часть Сатона. У меня же нет лучших частей, мне это просто не нужно. Я люблю случайности - в этом и есть жизнь.

3. Много лет я пользовался Поларойдом, но однажды наступил такой день, когда у меня появилось достаточно денег, чтобы купить довольно дорогой цифровой фотоаппарат. К нему я прикупил линзы 1 к 1, специально, чтобы фотографировать драгоценности. Но в этот раз я использовал их для того, чтобы запечатлеть прыгающего через трамплин Сида Уилсона и облака.
Это отфотошопленная картина. Мотоциклиста я поместил на небесный фон. Но облака ведь на небе, а мотоциклист в пяти метрах от земли в воздухе, его я запечатлел прямо с наклонного въезда. Он, мотоцикл, небо, облака - это вещи, которые не принадлежат в этом момент друг другу. Я пытаюсь этим сказать, что мотоциклист может и приземлиться, и нет. В этом я и вижу красоту своих трудов. Смысл в поиске и нахождении самой сердцевины того, что ты любишь.
Человек делает то, что мы можем и не заметить - настолько он быстро это делает. А когда он приземляется, мы говорим: “С ума сойти!” Но когда ты видишь мгновение самой сложной позы - мотоцикл далеко, облака - это захватывает дух, и ты думаешь: “Ох… Боже!”.
В техническом плане тоже имеется эксперимент: я пользуюсь камерой, которую обычно используют для съемки всяких букашек. Но фотографирую я человека, который летит на высоте 5 метров. Это похоже на мое нахождение в студии, когда мне говорят: “Этот микрофон для гитары, а не для перкуссии”. На что я отвечаю: “Замечательно! Ставь его на перкуссию, а там посмотрим, что из этого выйдет”. Именно из-за этого через фотографию чувствуется опасность.

4. Это цифровое фото отображает то, над чем я работаю почти 24 часа в сутки: я стараюсь передать моему бездвижному миру движение мира внешнего. Словно маленький мальчишка, представляю всегда, что эти столбы - роботы и пришельцы с иных планет, которые заинтересованы поработить человечество. Если включить воображение, то можно увидеть исполинских богомолов-пришельцев, держащих привязанными на цепях людей, которые хотят избавиться от такой участи. Черное пятно по левому краю фотографии изображает мой взгляд из убежища - я словно пытаюсь показать происходящее остальным людям.
Это еще и своего рода метафора, я пытаюсь ее вбить в головы людям. Вещи, которые нам кажутся такими нужными, затуманивают вещи, которые действительно важны. Если вглядеться, видно, насколько все грустно, эти темные тучи, да и сама сцена очень для меня сюрреалистичны. Большинство людей просвещены знаниями об облаках значительно меньше, чем об электричестве. Так что в своих фотографиях я пытаюсь высказать некую признательность этой непорочности и показать то, что может привести нас вообще к гибели. Я не говорю, что телефонные провода лишены позитива, просто я хочу рассказать то, что человек уничтожает Землю ради того, что ему нужно. Мы строим и разрушаем эти конструкции, когда нам надо обратить внимание на то, что находится перед самым нашем носом - в данном случае это облака.

5. То, что представлено ниже - результат моей любви к поп-искусству, в том числе работам Энди Уорхола (Andy Warhol) и вещам, которые совсем не такие, какими кажутся.
Вообще на это надо смотреть не на экране монитора, это надо видеть целиком, в 1-1,5 метров величиной, под стеклом, в матовом свете, чтобы позволить вырвать себя из реальности. А вы видите фотографию, но то ли на ней, что кажется? Будучи художником, это можно понять. Тот ли я или нет, кем кажусь? Это мой эксперимент.
Тяни, тяни, продолжай тянуть к точке страхов перед верой в то, что ты делаешь. Что на самом деле правдиво? Что ложно? Мы должны понимать намного больше, чем нам говорят. Это не означает мрачные или, наоборот, священные пути. Это означает собственный путь, собственную неповторимость, насколько ты можешь взлететь над самим собой. Вот это - то, как я сам поднялся над собой, найдя вдохновение у своих кумиров - Энди Уорхола, Сизанна, Гаугина, Серата и т.п. Я не буду говорить, что за предмет на фото. Скажу лишь, что возможно это то, что вам и кажется.

6. Очередной мною созданный портрет. Он создан чуть ли не судьбой. Фотоснимок я сделал с моими друзьями, группой American Head Charge. В своем антураже они использовали образ клоуна и случайно встретили эту девушку в клубе, которая как раз выглядела в стиле их артворка.
Для меня это сюрреализм, ведь я клоун, а теперь у меня есть клоунесса. Когда я фотографировал ее, то пытался захватить больше сексуальности, подчеркнуть это на фото. Я делал портрет, но получил нечто большее. Она лезет в мою сторону, ее груди отчетливо выступают. Она красива, но надо быть осторожным, очень осторожным. Она словно охотница. Она “очень” женщина, и вот это “очень” правит миром.

7. Фото сделано на поларойд с эффектом искажения специально, чтобы было понимание, что ничто не совершенно. Мне потребовалось совсем немного времени, чтобы сделать этот снимок, потому что я просто позволил этому случиться. Я склонен верить, что если ты что-то ищешь, то оно найдет тебя само. Так и я вышел и нашел это.
Вещи такого типа мне нравятся потому, что я восхищаюсь тем, что не относится к жизни человека, а также смертью. Так, перед нами птица, жизнь которой проходит в небе, и вот она разбита, мертва и безмолвна, она больше не в небе. Но на фото кажется, что полет продолжается, потому что органы, кровь выступают ближе к объективу. Благодаря “рыбьему глазу” я придал этому движение - единственное, что я решил подправить на фото, и это единственно важное, что делает все остальное неважным. Я искал то, что летало, но погибло. Приходит осознание, насколько это случайно.
Мне кажется, что в искусстве важно непрерывно вглядываться в собственную смертность. Я ищу подобные картины не потому, что я больной, а потому что хочу изучить эту тему. Автомобильные аварии, взрывы - это все то, на что мы не хотим смотреть, но это происходит за дверью нашего дома. Это реально, сюрреально, тяжело. Все произошло прямо перед моим животом: в нескольких сантиметрах от меня брызнула кровь, и я чувствовал ее запах.

8. Это моя маска времен тура в поддержу альбома IOWA. Вообще для меня автопортреты - это основной и самый важный аспект эксперимента в моем творчестве. Мне никогда не нравилась моя внешность, поэтому я заново себя познаю. Именно эта маска помогла мне во многом понять, кто я такой на самом деле.
Самая большая трудность была в передаче реалистичности фотографии. Когда хочешь вложить все испытываемые чувства в фото, появляются проблемы “с чернилами и бумагой”. Ведь то, что получается на бумаге, на экране смотрится совсем иначе. Поэтому делаю белое более белым, а черное - более черным. При создании этой фотографии я использовал много линз, слоев текстур, а когда я собрал все вместе, получилась довольно неплохая картина.
Это фото хранится у меня с 2001 года, и я смотрел на нее уже много раз. За день перед тем, как я опубликовал ее, немного поработал над яркостью и контрастом, так как у меня появился новый ноутбук, на котором цвета воспринимаются немного иначе, чем раньше.

9. Вид такой, словно близнецы в матке матери, принявшей слишком много наркотиков. Но это показывает скорее ограниченность нашего восприятия искусства, а не то, как мы плохо отзываемся о творчестве Шона Крэхана, фотографа-сюрреалиста, да еще и перкуссиониста группы SlipKnoT.
Фото сделано на поларойд. Вообще это моя первая работа с поларойдом: деконструкция, манипуляция, искажение времени. Химикаты приходят во взаимодействие на протяжении определенного промежутка времени. И я уничтожаю то, что считается совершенным.
Это двое опьяненных прозрачных ребят, наполненных кровью, а также тем, чем полон весь мир. Вокруг ничего, кроме пустоты, и они смотрят друг на друга, желая избавиться от той боли, что гложет их. Они и реальны, и нереальны. Это точно мой личный миниатюрный Бойцовский Клуб. Справа ребенок, а слева находится его альтер-эго, и оно почему-то красивее его самого. Он наполнен меньше, меньше освещен, голова его горит. Картина все еще живет, Так что можно считать, что это мой собственный Ван Гог или Сизан, если пожелаете.

Похожие записи

• Шон Крэхан о новом DVD и будущем SlipKnoT
• American Head Charge - заряд качественным ню-металом
• Умер Пол Грей, бас-гитарист SlipKnoT